Главная
Блоги
  Войти
Регистрация
     


Психология жизни

Последние 7, 30 поступлений.
Как полюбить себя и обрести успех в жизни
Вернись я все прощу
Переизбыток полезности
Как перестать есть на эмоциях?
Шесть причин слабости
Как увеличить пространство интерьера
Как создать мощный поток клиентов
 Дневник мудрых мыслей  Общество успешных  Страница исполнения желаний  Анекдоты без цензуры  Генератор Позитива
Партнеры проекта
 







Партнеры проекта
Психологическая литература > Хроники Заводной Птицы

Хроники Заводной Птицы

Автор:Харуки Мураками
Добавлено : 16.08.2007 12:56:00


Содержание
12. Что я обнаружил, когда брился         [версия для печати]

Что я обнаружил, когда проснулся

— Мне надо было срочно связаться с вами, поэтому я звоню так поздно, — продолжала Мальта Кано. Когда я ее слушал, у меня возникало впечатление, что она выбирает каждое слово, чтобы поставить его на свое место в строгом логическом порядке. — Я хотела кое-что у вас спросить, если вы не возражаете. Вы позволите?

Я присел на диван с трубкой в руке.

— Пожалуйста. Спрашивайте, что вам угодно.

— Окада-сан, вас эти два дня не было дома? Я несколько раз пробовала дозвониться, но вы не подходили.

— Да, меня не было… какое-то время. Захотелось, понимаете ли, побыть одному, успокоиться, подумать кое о чем. Много набралось о чем подумать.

— Да-да, Окада-сан. Я вас понимаю. Хорошо сменить место, когда хочешь что-то обдумать хорошенько. Однако, Окада-сан… конечно, я вмешиваюсь не в свое дело, но, похоже, вы были где-то очень-очень далеко.

— Ну, не сказать, чтобы уж очень далеко, — уклончиво ответил я и, переложив трубку из левой руки в правую, продолжил: — Как бы это выразиться? Просто место такое… изолированное, что ли. Нет, я не могу сейчас об этом распространяться. Тут такие дела… Я только что вернулся и очень устал. Мне сейчас не до объяснений.

— Конечно! У каждого свои обстоятельства. Вам не нужно сейчас ничего объяснять. Я по голосу чувствую, как вы устали. Не беспокойтесь, пожалуйста. Не следовало донимать вас расспросами в такой момент. Поговорим потом, в более подходящее время. Извините за назойливость, просто я очень волновалась, не случилось ли с вами в эти дни что-нибудь плохое.

Я собирался негромко поддакнуть, но вместо этого издал что-то похожее на вздох кита, судорожно ловящего ртом воздух. Что-нибудь плохое, подумал я. Интересно, в том, что со мной происходит, что можно считать плохим, а что — не плохим? Что правильно, а что не правильно?

— Спасибо вам за заботу, но сейчас у меня все в порядке, — сказал я, справившись с голосом. — Не скажу, чтобы произошло что-то хорошее, но и особенно плохого тоже вроде не было.

— Прекрасно.

— Просто устал, вот и все, — добавил я.

Мальта Кано тихонько откашлялась.

— Между прочим, Окада-сан, вы не заметили в себе за эти дни каких-нибудь видимых физических изменений?

— Физических изменений? Во мне?

— Да. Изменений на вашем теле.

Я поднял голову и посмотрел на свое отражение в окне, выходящем в сад. Ничего, что можно назвать «физическим изменением», не обнаружил. Под душем я отмыл каждый сантиметр своего тела и тоже ничего не заметил.

— А какие, к примеру, изменения вы имеете в виду?

— Я сама не знаю, но это должна быть некая заметная перемена: взглянешь — и сразу видно.

Я положил левую ладонь на стол, растопырил пальцы и внимательно посмотрел на них. Ничего особенного — ладонь как ладонь. На вид ничего не изменилось. Золотом не покрылась, перепонки тоже не выросли. Ни красивая, ни уродливая.

— Вы сказали: «заметная перемена: взглянешь — и сразу видно». Что это значит? Крылышки на спине должны вырасти? Так, что ли?

— Может быть, и так, — ровно, без малейших эмоций ответила Мальта Кано. — Разумеется, это только одна из возможностей.

— Да, конечно, — отозвался я.

— Так вы заметили что-нибудь или нет?

— Нет. Пока, во всяком случае. Прорезались бы крылья за спиной — заметил бы, наверное, как вы думаете?

— Возможно, — согласилась она. — И все же, Окада-сан, будьте осторожнее. Улавливать свое состояние не так-то просто. Например, человеку не дано посмотреть своими глазами на собственное лицо. Приходится довольствоваться отражением в зеркале, эмпирически верить в то, что отраженный образ соответствует оригиналу.

— Я буду осторожен.

— И еще один вопрос, Окада-сан. Я никак не могу связаться с Критой. Та же картина, что и с вами. Возможно, это чисто случайное совпадение, но вообще это странно. Не знаете ли вы о ней что-нибудь?

— О Крите Кано? — удивился я.

— Да, — сказала она. — Может, вы представляете, где она может быть?

Я сказал, что понятия не имею. Не знаю почему, но мне казалось, что какое-то время лучше не говорить Мальте, что недавно я разговаривал с Критой и она куда-то пропала сразу после этого. Интуиция, наверное.

— Крита волновалась, что не может дозвониться до вас, и пошла к вам вчера вечером, чтобы выяснить, в чем дело. Уже столько времени прошло, а ее все нет. У меня какое-то нехорошее предчувствие.

— Понимаю. Конечно же, я сразу попрошу ее позвонить вам, если она появится.

На том конце помолчали, потом Мальта Кано продолжила:

— Честно говоря, я переживаю за Криту. То, чем мы с ней занимаемся, — не совсем обычно, вы же знаете. Но она еще не так хорошо разбирается в этих сферах, как я. Не хочу сказать, что у нее нет дара. Есть. Просто Крита пока к нему как следует не привыкла.

— Да-да, я понимаю.

Мальта Кано опять замолчала. На этот раз пауза оказалась длиннее. Мне показалось, что она в растерянности.

— Алло! Вы слушаете? — спросил я.

— Да, Окада-сан, — откликнулась Мальта Кано.

— Увижу Криту — обязательно передам, чтобы она связалась с вами, — повторил я.

— Спасибо вам. — С этими словами, извинившись за поздний звонок, женщина положила трубку. Сделав то же самое, я снова взглянул на свое отражение в оконном стекле. Вдруг меня осенило: может случиться, что я говорил с Мальтой Кано в последний раз. Мы больше не увидимся. Похоже, она навсегда исчезнет из моей жизни. Почему вдруг я так подумал? Да просто пришло в голову.

* * *

И тут я вспомнил про лестницу. Она так и осталась в колодце. Надо бы убрать ее поскорее, а то кто-нибудь увидит — могут быть неприятности. А тут еще Крита Кано исчезла. В последний раз я ее именно у колодца видел.

Запихав в карман фонарь и обувшись, я вышел в сад и снова перелез через стену. Прошел по дорожке к заброшенному дому. У Мэй Касахары в окнах — по-прежнему темень. Часы показывали без чего-то три. Войдя в заросший сад, я двинулся прямо к колодцу. Веревка, привязанная к стволу дерева, по-прежнему свешивалась в колодец. Крышка была наполовину открыта.

Что-то меня подтолкнуло заглянуть в колодец и негромко, почти шепотом, позвать: «Э-эй, Крита!» Ответа не было. Я достал фонарь, посветил вниз. До самого дна луч не добрался, зато донесся едва слышный, похожий на стон звук. Я снова окликнул ее.

— Все в порядке. Я здесь, — послышался голос Криты Кано.

— Что ты там делаешь? — спросил я тихо.

— Что делаю?.. То же самое, что и вы здесь делали, Окада-сан, — ответила она каким-то странным тоном. — Думаю. Ведь здесь замечательное место для раздумий.

— Пожалуй, что так, — сказал я. — Но мне только что звонила твоя сестра. Очень волнуется, что ты пропала. Ночь на дворе, а тебя нет дома, и у нее нехорошее предчувствие. Она просила сказать, чтобы ты сразу дала о себе знать, если я тебя увижу.

— Понятно. Спасибо за труд.

— Тогда, может, вылезешь наверх? Мне надо поговорить с тобой.

Крита не ответила.

Я выключил фонарь и убрал его в карман.

— А может, Окада-сан, вы сюда ко мне спуститесь? Посидим, поговорим.

«А что, пожалуй, неплохая идея: спуститься опять в колодец и начать там с Критой разговоры», — подумал я, но при одной мысли о стоявшем в этой дыре затхлом мраке почувствовал тяжесть в желудке.

— Да нет. Мне что-то больше не хочется. И тебе лучше оттуда вылезти. А то кто-нибудь снова вытащит лестницу. Да и воздух там спертый.

— Знаю. Но я хочу посидеть здесь еще немного. Не волнуйтесь за меня.

Ну, не хочет человек вылезать, что поделаешь…

— Когда я говорил с твоей сестрой, я ей не сказал, что тебя здесь встретил. Ничего? Мне почему-то показалось, что об этом лучше промолчать.

— Вы правы. Пожалуйста, не говорите сестре, что я здесь, — сказала Крита Кано и, чуть помолчав, добавила: — Не хочу ее расстраивать, но мне ведь тоже иногда надо подумать. Вот закончу — и сразу вылезу. Мне хочется побыть одной. Пожалуйста. У вас от меня никакого беспокойства не будет.

Я решил оставить ее и пойти домой. Посмотрим, что будет утром. Пусть даже ночью явится Мэй Касахара и вытащит лестницу, все равно, уж как-нибудь я Криту Кано из колодца вызволю. Вернувшись домой, я разделся и завалился на кровать. Взял лежавшую в головах книгу, открыл на заложенной странице. Казалось, возбуждение не даст заснуть, но, не успев прочесть и пары страниц, я почувствовал, что отключаюсь. Захлопнул книгу, потушил свет и через мгновение уже спал.

* * *

Проснулся я в полдесятого утра. Беспокоясь, как там Крита, быстро оделся и, даже не умывшись, поспешил по дорожке к заброшенному дому. Тучи низко стелились по небу, пропитав влагой утренний воздух, и грозили в любую минуту пролиться дождем. Лестницы в колодце не оказалось. Видно, кто-то отвязал ее от дерева и унес. Крышка — обе ее половинки — была плотно закрыта, сверху лежал камень. Сняв одну половинку, я заглянул в колодец и окликнул Криту. Ответа не последовало. Позвал еще, всякий раз прислушиваясь. «Спит она, что ли?» — подумал я и бросил вниз горстку мелких камешков. В колодце, похоже, никого. Поутру Крита, должно быть, выбралась наружу, отцепила лестницу и куда-то ушла. Я опять задвинул крышку и пошел восвояси.

Выйдя со двора заброшенного дома, я постоял немного, опершись о забор и глядя на дом Мэй Касахары. Может, она, по своему обыкновению, заметит меня и выйдет. Но Мэй так и не появилась. Стояла полная тишина — ни людей, ни вообще каких-либо звуков — даже пения цикад. Я стоял и ковырял землю носком ботинка. Появилось странное, незнакомое ощущение — точно за те дни, что я просидел в колодце, прежнюю реальность заменила другая, новая и поселилась здесь навсегда. Это чувство возникло в дальнем уголке сердца, как только я вылез из колодца и вернулся домой.

Вернувшись по дорожке домой, я решил почистить в ванной зубы и побриться. За эти дни все лицо заросло черной бородой, с нею я смахивал на только что спасенную жертву кораблекрушения. В первый раз я отрастил такую бороду. Хотел было оставить, но, подумав немного, все-таки решил сбрить. Пусть лицо остается таким, каким было, когда ушла Кумико.

Распарив лицо горячим полотенцем, я щедро вымазал его кремом для бритья и осторожно, не торопясь, чтобы не порезаться, стал сбривать щетину — сначала с подбородка, с левой щеки, потом с правой. Разобравшись с правой щекой, я повернул ее к зеркалу и… у меня невольно перехватило дыхание. На щеке красовалось какое-то иссиня-черное пятно. Прилипло, что ли, что-то? Я стер с лица остатки крема, как следует умылся с мылом и попробовал оттереть лицо полотенцем. Никакого эффекта — пятно оставалось на месте, точно глубоко въелось в кожу. Я провел по нему пальцем и ничего особенного не почувствовал — только в этом месте кожа вроде была чуть теплее. Родимое пятно! Эта метка появилась на том самом месте, где я почувствовал жжение, когда сидел в колодце.

Придвинувшись ближе к зеркалу, я внимательно рассматривал пятно. Оно было как раз за скулой, размером с ладошку младенца. Темно-синее, почти черное, оно напоминало «монблановские» чернила, которыми писала Кумико.

Первое, что пришло в голову, — аллергия на коже. Наверное, я чем-то отравился в колодце. Чем-то вроде лака. Но что там могло быть? Ведь я же осветил в колодце фонарем каждую трещину и ничего, кроме земли на дне и бетонных стен, не обнаружил. Да и разве может от аллергии или какой-нибудь другой заразы появиться такое четкое пятно?

Началась легкая паника: голова мгновенно пошла кругом, будто на меня обрушилась огромная волна и поволокла за собой. Полотенце выпало из рук, я опрокинул корзинку для мусора, ударился обо что-то ногой, забормотал какую-то бессмыслицу. Немного погодя я взял себя в руки и, опершись о раковину, попытался спокойно обдумать, что мне теперь делать.

Лучше всего — просто подождать и посмотреть, что будет дальше. К врачу я всегда успею. Может быть, пятно еще сойдет, само исчезнет, как бывает с сыпью, которая выступает от лака. Вполне возможно, оно пропадет так же быстро, как и появилось. Я пошел на кухню и приготовил кофе. В желудке было пусто, но только я собрался что-нибудь съесть, как аппетит сразу испарился куда-то, словно вода в привидевшемся мираже.

Я прилег на диван и стал смотреть на дождь, начавшийся за окном. Периодически поднимался, шел в ванную и разглядывал себя в зеркале, но никаких изменений с пятном не происходило. Оно расплылось по щеке, живописно выделяясь своей густой, насыщенной синевой.

С чего вдруг появилась эта метка? Все дело в том, похожем на сон, фантастическом видении, которое посетило меня в колодце на рассвете, когда моя телефонная знакомая за руку провела меня сквозь стену, чтобы спасти нас от опасного некто, открывшего дверь и вошедшего в номер. Это единственное, до чего я додумался. Проходя сквозь стену в тот самый момент, я ясно почувствовал жжение на щеке — на том месте, где теперь было пятно. Но какая здесь может быть связь? Между стеной и отметиной на физиономии? Это не поддавалось никакому объяснению.

Человек без лица, встретив меня в вестибюле отеля, сказал: «Сейчас не время. Вам нельзя здесь находиться». Он предупреждал, но я махнул рукой на предупреждение и пошел дальше, злясь на Нобору Ватая, на охватившее меня замешательство. И в результате, возможно, получил эту отметину.

Быть может, это клеймо наложил на меня тот странный полусон-полубред. «Это был не сон, — говорили они этим пятном. — Все произошло на самом деле. И ты будешь вспоминать об этом, всякий раз глядя в зеркало».

Я тряхнул головой. Во всем этом чересчур много необъяснимого. Ясно только одно: я ничего не понимаю. В голове снова поднялась тупая боль, и я потерял способность размышлять. Напрягать мозги не хотелось. Отхлебнув остывшего кофе, я опять уставился на дождь за окном.

* * *

После обеда я позвонил дяде. Мне надо было с кем-то поговорить — все равно, с кем, — чтобы как-то преодолеть в себе ощущение, будто неведомая сила вырывает меня из реальности и быстро уносит все дальше и дальше.

Дядя поинтересовался, как Кумико. Все в порядке, ответил я. Уехала ненадолго по работе. Выложить бы ему все откровенно, но разве можно рассказать по порядку постороннему человеку о том, что произошло в последнее время? Как объяснить то, чего и сам толком не понимаешь? Я решил пока скрыть от дяди правду.

— Дядя, ты ведь какое-то время жил в этом доме? — поинтересовался я.

— Конечно. Лет шесть-семь, наверное. Погоди… мне было тридцать пять, когда я его купил, прожил до сорока двух… Значит, семь лет. Сюда переехал, уже когда женился. А до этого все время жил там.

— Я хотел спросить… Тогда с тобой не происходило ничего плохого?

— Плохого? — удивился дядя.

— Ну… болезнь какая-нибудь или с женщиной пришлось расстаться…

На том конце послышался довольный дядин смех:

— Правда, был у меня такой случай с одной женщиной. Но то же самое случалось и после переезда. Ничего особенно плохого в этом не вижу. По правде сказать, я о них и не жалел. А вот болезни… Да нет. Ничего такого не было. Разве что сзади на шее что-то выросло. Удалили — и все. Эту штуку обнаружили в парикмахерской и сказали, что ее лучше вырезать на всякий случай. Я пошел к врачу, но оказалось, что ничего страшного нет. Пока я там жил, это был первый и последний раз, когда пришлось иметь дело с медициной. Прямо хоть требуй назад медицинскую страховку, честное слово!

— И никаких дурных воспоминаний у тебя не осталось?

— Никаких, — чуть подумав, отвечал дядя. — А почему ты об этом спрашиваешь?

— Да так просто. Кумико на днях ходила к прорицателю, и он ей наговорил разного про этот дом: что он на плохом месте стоит и все такое, — соврал я. — Я-то в эту чепуху не верю, но Кумико просила узнать у тебя…

— Гм-м! Я в таких делах мало понимаю. Плохо ли, хорошо ли? Не знаю. Но я там жил, и мне кажется, с домом все в порядке, никаких проблем. Вон у Мияваки, может, что-то и не так, но ведь от их дома наш довольно далеко стоит.

— А кто в нем жил после того, как ты переехал?

— После меня года три жил школьный учитель с семьей, потом пять лет — молодая пара. У мужа вроде какое-то дело было, но что конкретно — не помню. Уж как они жили — счастливо или нет, — не знаю. За домом по моему поручению смотрела одна риэлторская фирма. Я этих жильцов в глаза не видел, почему они съехали — тоже понятия не имею, но ничего плохого о них не слыхал. Думаю, им стало тесновато и они захотели собственный дом построить.

— Мне, было дело, один человек сказал, что у нас здесь какое-то течение нарушено. Тебе это ни о чем не говорит?

— Течение? — переспросил дядя. — Какое еще течение?

— Я сам толком не пойму. Просто мне так сказали.

Дядя задумался.

— Нет, ничего в голову не приходит. Но, похоже, это была не очень удачная идея — перегородить с обеих сторон нашу дорожку. Ведь если подумать, это странно, когда у дороги нет ни начала, ни конца. И у дороги, и у реки один главный принцип — движение потока. Прегради ему путь — и все остановится.

— Правильно, — сказал я. — Тогда мне надо спросить у тебя еще одну вещь. Ты когда-нибудь слышал здесь Заводную Птицу?

— Заводную птицу? — спросил дядя. — А это еще что такое?

В нескольких словах я рассказал ему про Заводную Птицу: как она садилась на дерево у нас в саду и каждый день кричала таким голосом, будто заводила пружину.

— Не знаю. Никогда не видел и не слышал. Я вообще люблю птиц и всегда с удовольствием слушаю, как они поют, но о такой птице в первый раз слышу. Она имеет какое-то отношение к дому?

— Да нет. Я бы не сказал. Просто интересно, знаешь ты про нее или нет. Вот я и спросил.

— Знаешь что? Если хочешь узнать побольше о тех, кто жил в доме после меня, сходи в ту риэлторскую контору. «Сэтагая дайити», рядом со станцией. Найди там старика Итикаву, скажи, что я тебя послал, и поговори с ним. Он несколько лет присматривал за домом. Итикава сто лет живет там, у вас, и многое может рассказать. Это от него я услышал о доме Мияваки. Он поболтать любит, сходи к нему.

— Спасибо. Схожу, — сказал я.

— Ну а как у тебя с работой? Подыскал что-нибудь? — поинтересовался дядя.

— Нет еще. По правде говоря, я не очень-то и стараюсь. Кумико работает, я хозяйством занимаюсь. Обходимся пока.

Дядя, как мне показалось, над чем-то задумался, а потом сказал:

— Будут проблемы — дай мне знать. Может, смогу помочь чем-нибудь.

— Спасибо, дядя. Обязательно к тебе обращусь, если что. — На этом разговор окончился.

Позвонить в эту дядину риэлторскую фирму, расспросить о доме и людях, которые тут до меня жили? Ну, это уж полный маразм, подумал я и решил забыть об этом деле.

Дождь продолжал моросить так же бесшумно; все вокруг стало мокрым — крыши домов, деревья в саду, земля. На обед я съел суп из банки и тост и весь остаток дня пролежал на диване. Хотел было сходить в магазин, но вспомнил про пятно — и охота выходить пропала. Тут я пожалел о сбритой бороде. В холодильнике, правда, еще оставалось немного овощей, а на полке — несколько банок консервов. Еще был рис и яйца. Небогато, но дня два-три протянуть можно.

Я просто лежал, ни о чем не думая, читал, слушал кассеты с классикой, рассеянно смотрел на сыпавшийся в саду дождь. Мыслительные способности деградировали до предела. Видно, я перетрудил мозги, просидев так долго в темном колодце. Стоило начать думать о чем-то серьезном, как голову схватывала тупая боль, будто ее сдавливали тисками, обернутыми во что-то мягкое. А при попытке окунуться в воспоминания все мускулы и нервы моего тела, казалось, скрипели от натуги. Прямо Железный Дровосек из «Волшебника страны Оз», который заржавел, когда у него кончилось масло.

То и дело я вставал и шел в ванную, чтобы перед зеркалом поглядеть, что там с пятном на лице. Отметина была на месте, ничего не изменилось — ни размер, ни цвет. Еще оказалось, что я побрился не до конца — на верхней губе остались волосы. Я про них совсем забыл, когда, выбривая правую щеку, обнаружил пятно и запаниковал. Пришлось еще раз умыться горячей водой, намазаться кремом и сбрить остатки щетины.

Вглядываясь в свое отражение, я вспомнил, что сказала по телефону Мальта Кано: «Мы лишь эмпирически верим в то, что отраженный в зеркале образ соответствует оригиналу. Будьте осторожнее». На всякий случай я пошел в спальню и поглядел на себя в трюмо, перед которым Кумико обычно одевалась. Пятно никуда не делось. Так что зеркало здесь ни при чем.

Кроме пятна, никаких других отклонений у себя я не нашел. Измерил температуру — нормальная. За исключением того, что для человека, который три дня ничего не ел, у меня был слишком хилый аппетит, и подступавшей время от времени легкой тошноты — скорее всего это было продолжение приступов, что одолевали меня в колодце, — мой организм был в полном порядке.

День прошел тихо. Ни телефонных звонков, ни писем. Ни одна душа не показалась на дорожке, соседей тоже не было слышно. Кошки по саду не бегали, птицы не летали и голоса не подавали. Время от времени заводили свою песню цикады, но и они, в отличие от обычных дней, особо не усердствовали.

Ближе к семи слегка засосало под ложечкой. Я приготовил ужин из консервов и овощей, послушал вечерние новости по радио, чего со мной уже давно не случалось: в мире ничего особенного не происходило. Погибли на машине молодые ребята. Хотели кого-то обогнать на скоростной дороге и врезались в стену. Глава отделения одного крупного банка и его подчиненные подозреваются полицией в выдаче незаконных кредитов; ведется следствие. Какой-то юнец прямо на улице убил молотком тридцатишестилетнюю домохозяйку из Матиды. Но все это происходило в каком-то ином, далеком мире. А в моем только шел дождь — и больше ничего. Бесшумный, тихий дождь.

В девять часов я перебрался с дивана на кровать, дочитал главу в книжке, погасил свет и заснул.

Мне что-то снилось — и вдруг я проснулся, точно от удара. О чем был сон — вылетело из головы, но был в нем какой-то напряг, это точно. Уж больно часто колотилось сердце в груди, когда я открыл глаза. В комнате было еще совсем темно, и я не сразу понял, где нахожусь. Изрядно времени прошло, прежде чем до меня дошло, что я у себя дома, в своей кровати. На будильнике — начало третьего. В колодце был не сон, а не пойми что, вот и получился какой-то совершенно непонятный цикл — то заснешь неизвестно когда, то вдруг проснешься. Только я разобрался что к чему, как захотелось в туалет. Напомнило о себе выпитое на ночь пиво. Если бы я мог, то лучше бы лег и уснул снова, но делать было нечего. Смирившись с неизбежностью, сел на кровати, и вдруг рука коснулась кожи кого-то, кто лежал рядом со мной. Нельзя сказать, что это было для меня неожиданностью — ведь на этом месте всегда спала Кумико, и я к этому привык. Но тут я вспомнил: Кумико уже нет! Она ушла от меня. Рядом спал кто-то другой.

Я решительно потянулся вперед и включил стоявшую у изголовья лампу. И увидел Криту Кано.
обращений к странице:7171

всего : 73
cтраницы : 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | Следующая » ... [31-60] [61-90]

Партнеры проекта
Другие сейчас читают это:
Партнеры проекта
Это интересно
Партнеры проекта
 
 
ГРЕХИ и СОЖАЛЕНИЯ ЕСТЬ МЕЧТА? ЦЕЛЬ? Я БЛАГОДАРЮ ДНЕВНИК МУДРОСТИ
  • устала устала без мужчины от одиночества от самостоятельности от того, что никто не ждет твоего звонка
  • мне испортила жизнь свекровь,я ее ненавижу уже много,много лет<BR>я понимаю что нужно избавится от ненависти внутри,простить не могу ,но терпеть нет сил э...
  • я _______________царь
  • Хочу выйти замуж за своэго парня Колю и жить с ним щасливо и никогда не спорится
  • В. пришел ко мне в гости и остался ночевать и мы здорово проели врмя
  • Хочу чтобы моя жизнь устроилась наилучшим для меня образом в кратчайшие сроки!Да будет так!Мои слова имеют силу закона!
  • Я благодарю, что я просыпаюсь каждый день с радостью от того, что сегодня обязательно меня ждут новые разные поводы для благодарности.
  • Я благодарю Господа за то, что оберегает меня и посылает надежду, за то, что даёт мне и моим близким силы осуществить задуманное. Боже, я очень хочу встретить с...
  • Я благодарю Бога и Вселенную за возможность насладится красотой этого мира!
  • Чтобы познать мир, надо познать себя....
  • The stuff is extremely useful.|...
  • Слёзы это такая вещь, которую нужно всегда держать в себе и никому не показывать...
  • КНИГИ НА ФОРУМЕ АНЕКДОТЫ ТРЕНИНГИ
  • Удар Молнии (рассказ)...
  • Формулы денег...
  • Сила мысли, её контроль и культура...
  • "Путь к счастью и успехам в жизни"...
  • Жизнь без границ. Книга 6 — Концентрация ∞ Медитация...
  • 14.12.2019 2:10:37 Обучение в студии Инги Бабицкой...
  • 13.12.2019 12:30:23 ПОЗНАКОМЛЮСЬ С ЖЕНЩИНОЙ С ОЧЕНЬ ВОЛОСАТЫМ ЛОБКОМ И ПОДМЫШКАМИ...
  • 12.12.2019 15:43:06 Гадалка москва...
  • Случайно подслушанное выяснение отношений молодой парочки:
    - Я ненавижу твои вечно грязные волосы и то, что ты стягиваешь на себя одеяло каждую ночь! Я ненавижу, как от тебя воняет сигаретами! Я ненавижу тво...
    читать все анекдоты
  • Экспресс-курс "Стань сильнее мага!"
    начало с 16.12.2019
  • Мастер-класс (вебинар) для улучшения здоровья по методу русской космоэнергетики
    начало с 22.12.2019
  • Партнеры проекта
    Подписка
     Дневник мудрых мыслей  Общество успешных  Страница исполнения желаний  Анекдоты без цензуры  Генератор Позитива
    PSYLIVE - Психология жизни 2001 — 2017 © Все права защищены.
    Воспроизведение, распространение в интернете и иное использование информации опубликованной в сети PSYLIVE допускается только с указанием гиперссылки (hyperlink) на PSYLIVE.RU.
    Использование материалов в не сетевых СМИ (бумажные издания, радио, тв), только по письменному разрешению редакции.
    Связь с редакцией | Реклама на проекте | Программирование сайта | RSS экспорт
    ONLINE: Техническая поддержка и реклама: ICQ 363302 Техническая поддержка 363302 , SKYPE: exteramedia, email: psyliveru@yandex.ru, VK: psylive_ru .
    Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика